?

Log in

Исторические заметки [entries|archive|friends|userinfo]
Исторические заметки

[ website | История России ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Другая дата начала советской оккупации Ирана [Jun. 22nd, 2017|11:05 pm]
Исторические заметки
[Tags|]

По официальной версии Красная Армия вошла на территорию Ирана 25 августа 1941 г.
Однако, есть и другая версия. Михаил Черепанов, заведующий Музеем-мемориалом Великой Отечественной войны Казанского кремля, в своей статье на сайте "Реальное время" цитирует воспоминания Файзрахмана Галимова ("Дороги солдатские", Казань, 1998), в которых тот пишет, что советские войска вошли в Иран уже 22 июня 1941 г.

Книжка такая в интернете действительно есть, вот соответствующий фрагмент:


Наша 83-й горно-стрелковая дивизия с 22 июня по октябрь 1941 года участвовала в военных действиях на иранской территории, а я работал в Иране разведчиком с 15 мая по сентябрь 1941 года.

Персидский и турецкий языки, география двух стран, быт их населения ( вплоть до переодевания в тамошнюю одежду ) -вот какие предметы преподавали нам в училище. На наши вопросы - для чего все это нужно, инструкторы отвечали: чтобы ловить и допрашивать перебежчиков.

Полтора года учили будущих разведчиков, причем у каждого был отдельный наставник. Со мной работал майор Мухаммед Али, настоящую фамилию же его я не знал. В мае 1941-го школу подняли по тревоге и собрали в штаб округа. Отправляться на юг, в район Нахичевани - был приказ.

Здесь нас стали готовить к переходу границы. В начале июня я оказался на иранской территории. Переход вовсе не был чем-то особенным, поскольку и там жили родственники, часто гостившие друг у друга. Подобным родственником я и прикинулся. Сначала я шел с удочками, будто рыболов, а когда добрался до Тегерана - стал «сапожником», неся ящик с инструментом.

В иранской столице я явился и одному купцу, работавшему на советскую разведку . Тот снабдил меня документами. Дальше путь лежал к Каспийскому морю, где была намечена встреча с бывшим наставником. Встретившись с майором, я узнал, что цепью моего заброса в Иран было предупреждение возможного немецкого десанта. Агентура донесла, что немцы готовят взрывы на нефтепромыслах Баку. Проще всего добраться к ним было по морю с иранской стороны.

Наши разведчики обнаружили на берегу катер со взрывчаткой, замаскированный под рыбацкое суденышко. Выйдя на связь со штабом, получили приказ уничтожить объект, и 21 июня катер был взорван. За эту операцию по спасению нефтепромыслов меня наградили медалью «За боевые заслуги».

Но то было потом. А на следующий день, в 5 утра, когда немецкие самолеты уже бомбили советские города, 83-я горнострелковая дивизия пересекла границу и дислоцировалась на иранской территории.

Ввод войск был согласован с союзниками - с юга в Иран вошли англичане. Однако если официально начало этой акции датируется августом, то фактически она началась сразу же после к нападения немцев на СССР.

Наши полки шли по безводной степи, пересекали песчаные и каменистые пустыни. Некоторые не выдерживали жары и падали в обморок. Падали и лошади, задыхаясь от жажды. Среди бойцов появились больные холерой. В Тебризе, Тегеране, Куме (Моку) советских солдат встречали пустые улицы - все жители сидели дома. Ликвидируя немецкие десанты, войска вышли к берегу Каспия и ждали нового приказа, но его так и не последовало.

Поход дивизии завершился в начале сентября. Больных вывезли морем в СССР. Многие солдаты, вернулись домой с различными тропическими болезнями. Я во время операции совмещал обязанности командира взвода артбатареи и переводчика у командира дивизии. Пытался наладить связь с местным населением, ходил в мечети. Успеха, однако, не достиг.

83-я горно-стрелковая дивизия была направлена в район боевых действий близ Туапсе в качестве резерва.


В качестве доказательства того, что Файзрахман Галимов не путает даты, Михаил Черепанов указывает на судьбу командующего 83-й горнострелковой дивизией генерал-майора Сергея Артемьевича Байдалинова, который был арестован на территории Северного Ирана 12 июля 1941 года (то есть до официальной даты советского вторжения в Иран 25 августа 1941 г.), приговорен к высшей мере наказания и расстрелян незамедлительно.



Данная табличка взята из книги Вячеслава Звягинцева "Война на весах Фемиды: война 1941-1945 гг. в материалах следственно-судебных дел".

Это всё, конечно, достаточно удивительно.

Ну а подробности англо-советской оккупации Ирана вы можете прочитать в этой статье.
LinkLeave a comment

Еврейские политические партии в Пензе в годы Гражданской войны 1917-1922. Сборник статей [Jun. 4th, 2017|04:32 pm]
Исторические заметки
[Tags|]

У на сайте выложена книга Данилы Кузнецова "Еврейские политические партии в Пензе в годы Гражданской войны 1917-1922", которая может быть интересна всем интересующимся историей Гражданской войны вообще и российского еврейства в частности.

Отрывок:

В Пензе среди всех еврейских организаций выделялись сионисты. Они выдержали жесткую конкуренцию со стороны других политических партий, завоевали доверие народа, национальной буржуазии и религиозной элиты. Успех был обусловлен множеством факторов. Сионисты опирались на традиционную национальную культуру, что не могло не вызвать симпатии народа. Для сравнения, их главный конкурент («Бунд») ставил цель – построить новую еврейскую общину без опоры на иудейские ценности. Но самое главное преимущество сионистов – это высокий уровень политической организации. Сионисты умело вели полуподпольную работу, имея практику скрытной агитации еще со времен империи. Их деятельность охватывала самые разнообразные слои населения: по социальному положению, возрасту, профессиональной принадлежности (см. приложение 1). Так, в газетах упоминаются благотворительные, культурные, просветительские и спортивные еврейские учреждения [Юный маккавей, 1919, с. 4; Кальмина, 2008, с. 4; Общее собрание, 1917, с. 1; Маккаби, 1919, с. 4]. Но де-факто большинство из них было частью сионистской организации или же тесно с ней переплетены. Сионисты играли руководящую роль в «Союзе увеченных и демобилизованных евреев-воинов». Логично предположить, что этот пензенский союз евреев-воинов был частью всероссийского, ставившего целью, в случае необходимости, организацию самообороны [Сетевой портал…, www]. А необходимость в такой организации была, так как в Пензе звучали призывы к еврейскому погрому [Обвинение в агитации…, 1917, с. 3]. Но, несмотря на это, целенаправленных антисемитских действий так и не произошло. Когда в 1917 г. в Пензе наблюдались беспорядки, они выразились только в погроме магазинов и общей дестабилизации обстановки [Кондрашин, 2014, с. 151–155, 229–232]. Следствием данных событий стало создание «Союза самообороны граждан г. Пензы». Возможно, союз воинов-евреев входил в данную структуру, так как в союз самообороны могли целиком входить и различные организации [Хроника, 1917, с. 3]. Тем более что поддержание общественного спокойствия было важной превентивной мерой по предотвращению антиеврейских выступлений.

Остановимся на вопросе о еврейской самообороне в г. Пензе подробнее. Итак, 31 октября 1917 г. на заседании Городской думы гласный Цимкин от имени еврейской национальной фракции заявил о преступности действий большевиков, осудил захват власти в Петрограде и для борьбы с анархией предложил организовать самооборону [Пензенская губерния…, кн. 2, 2014, с. 245–246].

Также, как было выше сказано, в Пензе существовал союз воинов-евреев. В случае опасности он мог создать отряд самообороны, что и случилось в Екатеринославе [Хроника жизни евреев…, www]. В то же время в сионистской газете «Рассвет» от 31 января 1918 г. [Булдаков, 2007, c. 114, 124] есть упоминание о еврейской самообороне в Пензе. Стоит предположить, что под «еврейской самообороной» подразумевался именно «союз воинов-евреев», который, возможно, имел оружие и определенную организацию, но сообщать местной общественности о своих целях не спешил.

Обстановка была тревожной, крестьянские выступления в Поволжье сопровождались антисемитскими лозунгами [Кондрашин, 2009, с. 276–281], в Пензе наблюдались призывы к еврейскому погрому. И когда в ноябре 1917 г. случился общий погром ювелирных и часовых магазинов, то толпа, состоящая преимущественно из солдат, также напала на магазины Кроля [Пензенская губерния…, кн. 2, 2014, с. 229]. Прибывшая милиция не смогла ничего сделать, погромщики были разогнаны прибывшими вольными дружинами трубочного завода и Сызрано-Вяземской железной дороги.

В этом случае стоит обратить внимание на несколько фактов. Можно предположить, что упоминаемый Кроль – это скорее всего тот самый человек, который фигурирует в отчете ЧК как сионист: «Кроль, капиталист, имел большой часовой и ювелирный магазины» (см. приложение 1). Далее необходимо пояснить. В строительстве Трубочного завода (с 1915 г.) [Пензенский трубочный завод…, www] принимали участие еврейские рабочие. Строительная контора подрядчиков Г. Б. Левита и Н. С. Гурвича имела их более 400 человек [Пенза, www]. Могло ли это быть как-то связано с тем, что рабочие Трубочного завода помогли Кролю во время погрома? Были ли они связаны с союзом еврейских воинов? Эти вопросы остаются открытыми. Тем не менее можно сказать, что об отряде еврейской самообороны в Пензе известно, но просуществовал он недолго – ориентировочно с ноября 1917 г. по январь 1918 г. Отряд был организован на базе союза евреев-воинов. Но не стоит забывать, что этот союз находился под сильным влиянием «общих сионистов».

Обращает на себя внимание и упоминание в документах спортивного клуба «Маккаби» и «Еврейского национального фонда». Первый был международной еврейской организацией. В 1917 г. в России было 125 клубов «Маккаби», в основном в районе бывшей черты оседлости [Сетевой портал…, www]. Второй был международным фондом для приобретения и освоения земли в Эрец Исроэль [Электронная еврейская энциклопедия, www].

Итак, сторонники сионизма набрали наибольшее количество голосов во время выборов на Всероссийский еврейский съезд (см. приложение 4). Победа сионистов была обусловлена и тем, что они добились определенных успехов за рубежом. В пензенских газетах регулярно сообщалось о деятельности сионистов на Ближнем Востоке [Государственная жизнь в Палестине, 1917, с. 2]. Не стоит забывать, что 1917 г. был особым в истории сионизма. Декларация Бальфура [Электронная еврейская энциклопедия, www] и одобрение ее на самом высоком правительственном уровне в США, Франции, Италии показали, что цель сионистов не утопия. Даже местная (в данном случае пензенская) буржуазия стала серьезно относиться к идее еврейского государства.

Деятельность пензенских сионистов – это частный пример предпосылок образования государства Израиль. К ним относятся развитое национальное самосознание, народные пожертвования на сионистскую деятельность, организация курсов изучения иврита (см. приложения 1, 9). Интересно сравнить Пензу с регионами, также бывшими ранее за чертой оседлости. Сравнение проводится по двум работам: в первой рассматривается деятельность сионистов в Уфе [Шкурко, 2008], в другой – в Сибири [Кальмина, 2008]. Как и в Пензе, количественные и качественные изменения в деятельности сионистов связаны с Первой мировой войной, особенно с 1915 г. Завоевание умов в Сибири произошло после волны погромов, прокатившихся в 1915–1916 гг.

В Пензе ситуация тоже была напряженной, так как большинство евреев были беженцами, а по отношению к пришлому населению местные действовали жестоко [Городская жизнь, 1918, с. 4]. Они самовольно выносили приказы о выселении и отказе в продовольствии.

В 1917 г. сионизм также пережил небывалый подъем и популярность в связи с декларацией Бальфура. «В дальнейшем территория [его] распространения стала еще больше: в годы Гражданской войны от Урала до Тихого океана числилось 56 сионистских комитетов» [Кальмина, 2008, с. 269]. Но, в отличие от Пензы, на этих территориях велись боевые действия, что наложило свой отпечаток на сионистскую деятельность. Так, в апреле 1919 г. наиболее состоятельные члены общины Уфы перечислили для нужд армии адмирала А. В. Колчака 300 тыс. руб. Естественно, «Верховный правитель» высказался против национальной вражды. Фактически это была «дань» для предотвращения антиееврейских акций со стороны колчаковцев. Скорее всего сионистские лидеры покинули город после его захвата большевиками. В местной газете была опубликована статья «Контрреволюция в Уфе», напечатанная «Известиями» Губревкома. «Они (сионисты – Д. К.) не должны открыто продолжать свою работу в освобожденной от ставленника Ротшильда – Колчака – Уфе», – говорилось в ней [Шкурко, 2008, с. 285–286].

В Пензе, находившейся в советском тылу, отношение к сионистам было более мягким. Они свободно размещали свои объявления в газетах с указанием официальных названий: «Городской комитет пензенской сионистской организации», «Пензенское подрайонное сионистское бюро» [Объявление, 1918, с. 1]. Однако чекисты регулярно вели за ними агентурную слежку. Так, публикуемый документ (см. приложение 1) представляет служебную секретную переписку. При изучении данного материала надо учитывать, что он написан крайне субъективно, отражает точку зрения спецслужб. Столь обширный отчет является результатом многолетней агентурной работы. Именно весной 1920 г. большевистское правительство решило всерьез заняться искоренением сионизма на общегосударственном уровне. Документ местных спецслужб датируется 13 мая 1920 г., а уже 26 мая власти разогнали конференцию сионистов в Москве [Шкурко, 2008, с. 286]. Скорее всего пензенских сионистов постигла участь сионистов других регионов: тюремные сроки, ссылка (иногда ее заменяли выдворением в Эрец Исроэль), письменный отказ от членства в сионистской организации. Зачастую без ведома и согласия авторов эти отказы публиковались в печати [Копыл, Тригуб, 2008, с. 281].

Одной из мер борьбы с сионизмом была и коммунистическая агитация на «еврейской улице» совместно с «Бундом». Но она не давала желаемых результатов, так как местные большевики проводили ее большей частью для проформы.
LinkLeave a comment

О политкорректности в советской пропаганде [May. 8th, 2017|03:15 pm]
Исторические заметки
[Tags|, ]

Сегодня у нас на сайте "История пропаганды" под статьёй ""Убей немца" в советской пропаганде" оставили гневный коммент с обвинениями редакции в нетрадиционной сексуальной ориентации, смысл которого сводился к тому, что в стихотворении "Убей его" Константина Симонова на самом деле вместо слова "немец" используется слово "фашист", а у нас напечатано "немец" и вот значит какие мы из-за этого нехорошие люди.

Немножко погуглив, я выяснил, что в интернете присутствуют два варианта этого стихотворения - и с "немцем", и с "фашистом". Но первоначальный вариант, конечно, был с "немцем", чему доказательством служит скан газеты "Красная звезда", который я нашёл в ходе изысканий и добавил в статью.



Так же я наткнулся на mp3-файл, где сам Константин Симонов читает это стихотворение уже в более "политкорректном" варианте с "фашистом" вместо немца. Скачать файл можно здесь.

Поискав ещё чуть-чуть, я выяснил, что политкорректные правки были внесены в 1966 году, когда в издательстве "Художественная литература" было издано полное собрание сочинений Симонова в 6 томах. В этом же издании у стихотворения сменилось название - оно стало называться по первой строчке - "Если дорог тебе твой дом".

Видео 1942 года, в котором актёр Михаил Царёв читает стихотворение Симонова "Убей его".


Поздравляю всех читателей своего ЖЖ с наступающим Днём Победы!
Link1 comment|Leave a comment

Два эпизода из деятельности царской цензуры [May. 2nd, 2017|06:22 pm]
Исторические заметки
[Tags|]

Два отрывка из книги Сергея Козлова "Аграрные традиции и новации в дореформенной России" (М.: РОССПЭН, 2002, С. 176, 213).


Говоря о деятельности властей по развитию сельскохозяйственной образования и обучения крестьян в дореформенный период, нельзя не обратить внимания на пресечение правительством попыток создания ряда обществ для распространения грамотности. Нельзя не сказать и об отрицательном воздействии отечественной цензуры на развитие сельскохозяйственного образования во второй трети XIX в. Материалы, обнаруженные автором в фонде Московского цензурного комитета, свидетельствуют о том, что в рассматриваемый период было запрещено опубликование целого ряда ценнейших хозяйственных руководств и сельскохозяйственных описаний. Однако особенно заметный ущерб развитию низшего сельскохозяйственного образования был нанесен цензурой в результате запрещения издания «Азбуки для крестьянских детей, приспособленной к их понятиям», составленной в 1847 г. Платоном Макаровым. В этом замечательном памятнике русской просветительской и рационализаторской мысли предреформенной эпохи давались подробнейшие рекомендации для крестьян по ведению рационального хозяйства. При этом особое внимание обращалось на соблюдение усовершенствованных севооборотов, а также на использование «правильных» земледельческих орудий, кошение хлеба, внедрение травосеяния и ведение «правильного» скотоводства. Много места отводилось также рассмотрению вопросов, связанных с разведением овощей и «сохранением их впрок». Здесь же подчеркивалась огромная польза картофеля для крестьянского хозяйства. Характерно, что «Азбука для крестьянских детей...» была одним из немногих учебных сочинений дореформенной эпохи, полностью адаптированных для восприятия крестьянами. Она была написана простым, живым и образным языком; составлена в форме вопросов и ответов; хорошо учитывала все нужды и потребности нелегкой крестьянской жизни.

Мотивы запрещения публикации указанных изданий к настоящему времени установить не удалось. Возможно, это было связано как с общей цензурной политикой рассматриваемого времени, так и с нежеланием «власть предержащих» предпринимать меры, направленные в конечном итоге на формирование относительно независимой (в хозяйственном отношении) личности крестьянина.

....

Утверждение новых идей и методов рационального хозяйствования в России происходило в сложных условиях обострения социальных противоречий в предреформенной деревне и идеологической борьбы между либералами и крепостниками. Не следует забывать и о том, что в крепостническом государстве даже само слово «прогресс» находилось практически под запретом. В одной из записок, внесенных министром финансов П.Ф.Броком в Еврейский комитет в 1858 г., предлагалось «отменить разные ограничения, которые, стесняя промышленность и торговлю, препятствуют развитию общенародной деятельности, благоприятствуют монополии, отягчающей производителей и потребителей, и вообще состоящие в противоречии с прогрессом гражданственности». Император Александр II написал против приведенного места в журнале Еврейского комитета: «Что за прогресс!!! Прошу слова этого не употреблять в официальных бумагах». Указанная «высочайшая резолюция» 18 мая 1858 г. была доведена до сведения членов комитета.
LinkLeave a comment

Помещики о производительности крепостного труда [Apr. 5th, 2017|08:46 pm]
Исторические заметки
[Tags|, ]

Что думали помещики 19 века о производительности крепостного труда? Кое-что по этому поводу есть в статье Н.И. Яковкиной "К вопросу об участии дворян в экономической жизни России 1-й половины XIX века".


Вопрос производительности крепостного труда широко обсуждался и современниками и последующими исследователями. Причем утвердившееся положение о полной его нерентабельности корректируется последними работами. В публикациях же 1-й половины XIX в. наряду с жалобами на "ленность" подневольного работника владельцы передовых по тому времени хозяйств неоднократно высказывались в пользу крепостного труда, считая его более выгодным. Так, пензенский помещик писал: "В средней и северной полосах России никакое сельское хозяйство при обыкновенных ценах на хлеб не несет за собой выгоды, если все работы в нем исправляются наемными рабочими". Даже в южных губерниях, где товарные отношения были более развиты, крепостной труд рядом помещиков признавался наиболее рентабельным. Так, владелец крупного овцеводческого хозяйства в Новороссийском крае, работавшего в основном на экспорт, член правления одесской компании, вывозившей за границу пшеницу, рассматривая в своей статье вопрос о применении крепостного труда в поместьях Херсонской губернии, заметил, что: "Лет 20 или 25 назад почти все хозяйства южного края действовали наймом... Эти времена канули безвозвратно... по причине вздорожания наемного труда, несообразного ни с ценою продукции, ни с производительной силой самой земли". Поэтому теперь, - продолжает автор. - "имений, работающих одной барщиной, много", - а "значительных хозяйств, основанных на одном частном вольном труде, вовсе без барщины мало".

Таким образом, прикрепленность крепостного работника к земле представлялась многим владельцам экономически развитых поместий желательной и выгодной. В основном же решение вопроса о сравнительной выгодности свободного или подневольного труда зависело непосредственно как от местных условий, так и от специфики хозяйства и т.п.

И если, как считал И.Д.Ковальченко, "барщиная форма эксплоатации крестьян консервировала натурально-патриархальные черты крестьянского хозяйства. Она допускала превращение в товар лишь части продуктов труда и исключала для подавляющей части крестьян развитие мелкотоварного производства в полном объеме", то по отношению к хозяйству самого помещика дело обстояло, по-видимому, сложнее. Показательно поэтому, что вопрос о характере сельскохозяйственного труда широко освещался на страницах изданий Вольного экономического общества и его филиалов.
LinkLeave a comment

К истории ГКЧП [Mar. 29th, 2017|01:29 am]
Исторические заметки
[Tags|]

Отрывок из интервью с бывшим депутатом Госдумы и Законодательного собрания Петербурга Константином Севенардом, опубликованное в газете "Секретные материалы", N2, январь 2017 г., с. 6-7. В этом интервью Константин Севенард рассказывает о своей роли в этих событиях в Ленинграде а так же об участии в них бендеровцев (настоящих). Интервью интересно тем, что ранее данные подробности событий 19-21 августа 1991 г. в Ленинграде в прессе не всплывали.


Я отдыхал с женой в Алупке в жилом вагончике на берегу Черного моря [в августе 1991 г. - statehistory] - в той точке, где компания, руководимая моим отцом, Юрием Севенардом, которая занималась и дамбой в Финском заливе, возводила санаторий «Ленинградский строитель». Отдыхал в двух шагах от горбачевской дачи в Форосе. И как только на телеэкране закружились «маленькие лебеди», под чарующую музыку которых было объявлено о болезни Михаила Сергеевича и неспособности его исполнять лидерские функции, я взял такси и направился в сторону президентской «усадьбы». Решил навестить занедужившего вождя, до чьих пенат было не более 8-10 минут езды.

Удивило, признаюсь, отсутствие привычного поста ГАИ. Я оставил таксиста на дорожной развилке и около 800 метров прошел пешком, не встретив ни одной души. Ни друзей революции, ни врагов народа! Позднее в голову прокралась грустная мысль: то в тишине медленно умирала советская система... На звонок прошаркал неторопливый седовласый привратник. Выслушав мой вопрос, он спокойно ответил, что узреть родного-дорогого можно, но не ранее чем через час, ибо Михаил Сергеевич и Раиса Максимовна загорают на пляже. «Что передать им?» - осведомился видавший виды лакей. «Да передайте, что заходил Константин Севенард с пожеланиями здоровья и бодрости». Беседа закончилась, а рандеву не состоялось.

- Вы поняли, что в Форосе - фарс?

- И не только, увы, в Форосе. Горбачев ничем не хворал, никем не задерживался, все отменно знал и, нежась на солнышке, дожидался исхода затеянной авантюры. Ну а я на следующий день - так требовали названивавшие мне друзья - вылетел в Ленинград. Здесь и впрямь было тревожно. 20 августа, около шести вечера, я пришел на Исаакиевскую площадь, где вместе с огромной толпой поаплодировал страстной речи Анатолия Собчака с балкона Мариинского дворца. Потом начались «практические занятия» по спасению наших прав и свобод.

В ближайшем отделении милиции, куда мы двинулись за табельными АКМ, многоопытный майор сразу положил на меня глаз. О, офицер, афганец! Находка... Меня «повлекли» обратно в мариинские палаты. И Анатолий Александрович, не откладывая дело в долгий ящик, подписал распоряжение, назначавшее «Севенарда К. Ю. командиром батальона самообороны города Ленинграда». Напомню: Санкт-Петербург возродился на карте спустя три недели, 6 сентября.

- И ваша команда спасла демократию Северной столицы?

- Представьте себе! Спать, конечно, не довелось. Рано утром две тысячи человек с оружием в руках собрались на Сенной площади. Распределив бойцов по подразделениям во главе с офицерами, я приказал взять под контроль склады со взрывчаткой, а также заминировать мосты и подготовить огневые точки в полуподвалах, на цокольных этажах и крышах - преимущественно в нежилых домах. Были, правда, и непонятности: так, некая группа лихих парней (численностью с роту), увешенная автоматами, гранатомётами, ручными и станковыми пулеметами, провозгласила - устами своего командира, что исполнение моих приказов он не гарантирует. Действовать, мол, будем по своим прикидкам. Сии ухари горделиво именовали себя народным ополчением города Бендеры. Пришлось - под дулами АКМ - арестовать «атамана», а разоруженную «бригаду» отослать на поезде за казенный счет в родную Молдавию, на берега Днестра. В общем, сочный эпизод из «Оптимистической трагедии»...

- Слава богу, обошлось. Да ведь кровопролития в принципе не было...

- Помогла дипломатия! После энного совещания в Мариинском дворце я вместе с уполномоченным мэра отправился на переговоры с одним из штабных генералов ЛВО. Его ставка была развернута в административном здании совхоза «Ручьи», куда с Киевской трассы подтягивались мотопехотные подкрепления. Поначалу генерал N. не хотел слушать никаких контрдоводов. Однако нам удалось убедить военачальника не торопиться со стрельбой и не допускать - взаимно! - сепаратных действий.

Возвратившись во дворец, я предложил Анатолию Собчаку проехать по воинским частям и военным училищам, дабы заручиться их нейтралитетом. Проехали! Кое-где, не утаю, мы взяли под наблюдение оружейные комнаты. Но вечером 21 августа сгустились тучи. Мне позвонили из Горелова, сообщив, что на взлетной полосе скапливаются вертолеты Псковской десантной дивизии. Двигатели включены на полную катушку, солдаты пьют чай и могут с пол-оборота приступить к штурму городских объектов - в первую очередь крамольного Мариинского дворца.

- По слухам, Собчак проявил мужество. Это так?

- Да, он отказался эвакуироваться. И мы сосредоточили свои силы поблизости от величавых апартаментов. На крышах расположились расчеты наших гранатометчиков. Я связался с генералом N.: «Вы нарушаете договоренности!» -«Ну, нарушил - и нарушил. Подумаешь!» - меланхолично ответила трубка. «Кровь будет на тебе, генерал!» - «А что ты можешь мне сделать?» - «Будем сбивать вертолеты из гранатометов». - «Да не ври, у тебя их нет!» - «Есть! Присылай своих разведчиков к Мариинскому дворцу - я покажу им мою технику!»

- Прислал?

- А то! Пришли человек десять - трогали, гладили, трясли, оценивали. Наши ребята хотели схватить их - не дай бог, расстреляли бы еще. Я не позволил! И лазутчики благополучно удалились для доклада командованию. Генерал на штурм не решился - учел и наши гранатометы (в том числе отобранные у бендерских удальцов), и позицию офицеров Балтийского флота. Кроме того, коренные перемены произошли уже на самой вершине государственного олимпа, в Москве.
Link2 comments|Leave a comment

Февральская революция глазами петроградского градоначальника А.П. Балка [Feb. 19th, 2017|04:47 pm]
Исторические заметки
[Tags|]

Последним градоначальником Петрограда периода Российской империи был Александр Петрович Балк. В 1929 году в эмиграции, в Белграде, он написал воспоминания в форме дневника «Последние пять дней царского Петрограда», которые затем хранились в Архиве Гуверовского института войны, революции и мира (Стэнфорд, США). На русском языке впервые были опубликованы в 1991 году в альманахе "Русское прошлое". В той же публикации представлены его показания товарищу прокурора Петроградского окружного суда П. Г. Костенко от 9 апреля 1917 г. и записка о обстоятельствах его ареста.

С этими интересными материалами вы можете ознакомиться в статье "Гибель царского Петрограда: Февральская революция глазами градоначальника А.П. Балка".
LinkLeave a comment

Зарплата советских лётчиков Китае [Feb. 7th, 2017|03:53 am]
Исторические заметки
[Tags|, ]

В 1950-м году, ещё до начала участия СССР в Корейской войне, советская авиация охраняла Шанхай от налётов бомбардировщиков Гоминьдана и параллельно советские лётчики занимались обучением китайских. В книге Ю.Г. Тепсуркаева и Л.Е. Крылова "Сталинские соколы" против "Летающих Крепостей". Хроника воздушной войны в Корее, 1950-1953" приводится воспоминание лётчика В.Н. Шалфеева, служившиго в 1950-м году в Китае, и из этого воспоминания следует весьма интересная деталь - денежного довольствия, которое получали наши лётчики в Китае, хватало на покупку часов Rolex, Longines и других дорогих марок. Конечно, зная современные реалии, возникает вопрос - была ли в 1950-е годы в Китае развита индустрия по производству подделок под дорогие западные бренды, и, соответственно, не могли ли наши лётчики купить подделки, думая, что покупают оригиналы? Так как глобализации в те годы ещё не было, и Китай не был всемирной фабрикой всего, то представляется, что до производства подделок в те годы китайцы ещё не дошли (да и производство наручных часов - не самое простое дело, а Китай в 1950-е - совсем не то, что сейчас), и, соответственно, наши лётчики покупали оригиналы.

Итак, вот воспоминания В.Н. Шалфеева:


Ночи в Шанхае южные, темнеет рано и быстро. Личный состав полка уже собирался отдыхать, как вдруг снова сыграли боевую тревогу. Мы бросились к машинам, но заместитель командира полка по политчасти полковник Фиронов всех направил в кинозал. Начали крутить фильм «Первая перчатка». Все в недоумении шептались и недовольно ворчали. Вдруг в зале зажегся свет и мы увидели в дверях кинозала Ивана Кожедуба в парадной авиационной форме, при кортике, орденах и медалях. Из-за его спины выглядывали женщины и с любопытством разглядывали зал.

Оказалось, что 11 мая Иван Кожедуб был в Шанхае с молодежной делегацией. Они были застигнуты воздушной тревогой и наблюдали за всем происходящим в небе около какого-то зала, где собирались дать концерт китайской молодежи. Естественно, что выступление там сорвалось. И Кожедуб предложил артистам выступить перед «китайскими» летчиками, которые только что на их глазах давали страшный и захватывающий концерт в воздухе, высвеченный, как в кино, зенитными прожекторами. Артисты, как выяснилось позднее, восприняли это предложение без энтузиазма. И тревога их напугала, да и устали они уже — время-то было где-то между одиннадцатью и двенадцатью ночи. Но Кожедуб есть Кожедуб. Он все-таки уговорил артистов. И когда наш зал дружно, без команды взревел «Ура Кожедубу!» на русском языке, то взаимопонимание
установилось моментально.

До четырех часов утра молодежная делегация давала нам концерт. А мы в свою очередь угостили их хорошим ужином-завтраком и наградили подарками. Подарками были, в основном, часы, которые мы успели купить на юани, которыми нам платили денежное содержание — зарплату по-граждански.

Притом подарки были не от командования или парткома, а каждый желающий выходил на сцену, да не по одному, а по несколько человек сразу, и вместо цветов, которых у нас не было, вручал исполнителям свои часы. Так что каждый исполнитель получил не менее чем по полудюжине часов хороших марок «Ролекс», «Лонжин», «Омега», «Дольма», «Гамильтон» — часы те мы покупали для себя, барахло не брали. А при встрече с земляками в чужом краю русская душа не жалеет ничего...»
LinkLeave a comment

Уральские заводы и отмена крепостного права [Jan. 18th, 2017|10:16 pm]
Исторические заметки
[Tags|, ]

Мог ли крепостной в России быть против отмены крепостного права? Мог, если он был прикреплён к государственному заводу.

Ниже приведён интересный отрывок из книги С.И. Сметанина "История предпринимательства в России", посвящённый состоянию уральских заводов после отмены крепостного права.

===============

Реформа 1861 г. освободила рабочих Урала от крепостной зависимости и вызвала необходимость перестройки заводов на капиталистические рельсы. Однако крепостные рабочие не встретили свое освобождение с энтузиазмом. Дело в том, что прежде рабочий был на иждивении завода, с обеспеченным будущим. На каждого члена его семьи полагался "провиант", завод за него платил казенные подати. Работа ему была гарантирована, потому что администрации было невыгодно его содержать, не получая его труда, да и потеря работы не грозила ему голодом и нищетой.

С ликвидацией крепостного права ликвидировались и выдача "провианта", и освобождение от уплаты податей, и надежность существования. Поэтому даже имели место выступления рабочих против ликвидации крепостничества.

"Эти люди, — писал академик Безобразов, — родившиеся и выросшие в понятиях, разобщенных со всякою свободою,... готовы и ныне идти на царскую службу, как называет горнозаводское население свой прежний обязательный труд". В новых условиях надо было вступать в конкуренцию на рынке труда, проявлять предприимчивость. У крепостных рабочих, писал тот же Безобразов, не было "привычки к самостоятельности, к попечению о себе самом, — привычки, совершенно чуждой уральскому рабочему народонаселению, испорченному крепостною и административною опекою".

Заработная плата при переходе к наемному труду немного повысилась, однако прекращение затрат на провиант и повышение производительности труда привели к тому, что существенного повышения затрат на оплату труда не произошло. Наоборот, одной из причин застоя была именно низкая зарплата, дешевизна труда. Дешевых рабочих было не так выгодно заменять машинами, и внедрение техники шло очень медленно.

Второй причиной кризиса горнозаводской промышленности было господство административных методов управления. В крепостной мануфактуре рабочая сила не была товаром. Монополия на рабочую силу делала невозможным и свободное переливание капиталов. И рыночные отношения, конкуренция неизбежно заменялись административными методами. Безобразов писал, что в условиях крепостничества не могло быть "коммерческого расчета, необходимого для денежного хозяйства". И после отмены крепостного права надо было переходить не только к наемному труду, но и от административного управления к рыночным отношениям, к "коммерческому расчету".

В особенно тяжелом положении оказались казенные заводы. Поскольку все их хозяйство регламентировалось сверху, задачей заводской администрации было добиваться не рентабельности, качества продукции и увеличения производства, а обоснования расходов в отчетах. Управляющий заводом не мог выходить в расходах за пределы годовых смет. На ремонт требовалось специальное разрешение высших инстанций, а на выполнение заказов со стороны — разрешение министра или даже "высочайшее". Эти методы сохранились и после отмены крепостного права. Естественно, они порождали "теневую экономику", бесхозяйственность. Известны многочисленные факты "строительства" на заводах, которое велось только на бумаге, "противозаконных сделок с подрядчиками" при закупке припасов и провианта, утайки металлов и продажи их на сторону.

Выдвигались проекты перевода казенных заводов на "коммерческий расчет", т. е. приспособить их к рыночным отношениям. Это значило, что управляющие заводами должны были отвечать за убытки и участвовать в прибылях. Однако при сохранении административной регламентации такой перевод был невозможен. Безобразов писал, что перевод на коммерческий расчет казенного хозяйства "без уничтожения его сущности как казенного хозяйства... должно признать химерическим". Очевидно, в наши дни он сказал бы то же самое: невозможно перевести на рыночные отношения государственные предприятия без их приватизации.

Административная регламентация тормозила развитие и частных заводов. Безобразов писал, что все они, в особенности посессионные, "рассматриваются как отрасль государственного хозяйства". Особенно резко он обрушивался на то, что в наше время назвали бы дотациями. Государство покрывало убытки частных заводов ссудами, обычно безвозвратными. Эта поддержка "несостоятельных заводов" служила лишь "поощрением к продолжению бесхозяйственности"2.

Рыночным отношениям мешали не только дотации. Важным элементом административной системы были "обязательные" отношения между рабочими и заводчиками. Государство заставляло поддерживать определенный материальный уровень жизни заводского населения. Дело в том, что после отмены крепостного права половина уральских рабочих оказалась без работы. Надо было найти для них какой-нибудь иной источник существования.

Сначала выход увидели в том, чтобы обеспечить их землей: предполагалось, что они будут заниматься хлебопашеством, т. е. превратятся в крестьян. Но рабочие не хотели превращаться в крестьян, да и рядом с заводами не было достаточного количества пашни. Вопрос о землеустройстве тянулся десятилетиями, а пока он не был решен, приходилось обеспечивать население работой при заводах. "Нигде в мире нет заводов, обязанных вести дело только ради того, чтобы прокормить рабочего, — писал в 1909 г. Фармаковский, один из крупнейших горнозаводских предпринимателей того времени, — а на Урале почти все заводы именно так поставлены".

Третьим фактором, тормозившим развитие уральской металлургии, была окружная система. Как уже отмечалось, предприятием на Урале был не завод, а округ, т. е. группа заводов, связанных не только принадлежностью одному владельцу, но и технологическим процессом. В составе округа были и добыча руды, и заготовка угля. В состав округа входила большая территория с населением. Раньше это давало преимущества: не надо было тратить деньги на покупку руды и угля, а труд заводских крестьян, живущих за счет своих хозяйств, был очень дешевым. Энергия уральских рек дробила производство: при одной плотине можно было построить маленький завод, но это была дешевая энергия. Округ представлял замкнутое на себя натуральное хозяйство, приспособленное к феодализму. Лишь конечный продукт этого хозяйства выходил на рынок.

Теперь преимущества превращались в недостатки. "Своя" рабочая сила была дешевой, "своих" рабочих надо было обеспечить работой, а это сковывало хозяйственную маневренность.
LinkLeave a comment

Русская геополитика 1630-х годов [Dec. 25th, 2016|09:19 pm]
Исторические заметки
[Tags|, ]

Отрывок из крайне интересной статьи Ю. Б. Рябошапко "Русско-шведские производственно-технические контакты первой половины XVII в.". В данном фрагменте - про русскую геополитику 1630-х годов, но тема геополитики в русско-шведских отношениях этого периода этим не исчерпывается, рекомендую прочитать статью целиком.


На практическую основу производственно-техническое сотрудничество России и Швеции было поставлено только в первой трети XVII столетия. В 1628—1632 гг. Швеция вступила в Тридцатилетнюю войну; как раз в это время в Западной Европе, чьи поля топтали солдатские сапоги, резко повысился спрос на хлеб, в особенности хороших сортов. Правительство царя Михаила Федоровича Романова, проявив большую государственную мудрость и дальновидность, пошло навстречу просьбе короля Густава II Адольфа, распорядившись 10 марта 1628 г. о беспошлинной продаже хлеба Шведскому государству. Зерно высшего качества, закупавшееся по дешевой цене и притом беспошлинно в России, вывозилось через Архангельск в Голландию (главный хлебный рынок Европы), где продавалось по значительно более высокой цене. Чистая прибыль от перепродажи русского хлеба являлась существенной финансовой помощью правительству Густава II Адольфа. Эти средства использовались для борьбы Шведского государства со странами католического лагеря. А тем временем русское правительство готовило войну против главного и давнишнего врага Швеции — Речи Посполитой с целью освобождения Смоленска и других русских земель, захваченных Польшей в начале XVII в. В этих условиях России было чрезвычайно важно укрепить союзнические отношения со Швецией. Русский хлеб, а точнее, сверхприбыли от его перепродажи очень понравились шведским политикам. В январе 1629 г. в Москве начались русско-шведские переговоры о долгосрочном торговом соглашении (см. № 12—17). Очевидно, желая создать благоприятную атмосферу к началу московских переговоров, Посольский приказ провел серию подготовительных мероприятий до организации строительства шведского гостиного двора, выстроенного в самом начале 30-х годов в Москве в Гнездниковском переулке, где и поныне сохранился Шведский тупик (см. № 1, 20—22). Во-первых, его постройка с момента столь бурного возобновления русско-шведской торговли стала остро необходима, а во-вторых, позволяла к моменту начала переговоров в Кремле продемонстрировать правительству Швеции желание русской стороны соблюдать и дух, и букву Столбовского договора, статья 15 которого как раз предусматривала предоставление шведским подданным купцам гостиных дворов в Москве и Пскове, а русским купцам — соответственно в Ревеле, Выборге и Стокгольме. В-третьих, начав постройку шведского гостиного двора, Посольский приказ, естественно, ждал, что через некоторое время последуют ответные шаги шведской стороны в плане улучшения режима русско-шведской торговли на территории Шведского государства.

В апреле 1629 г. королевские приказчики П. Деладал и Ю. Вилькенс вывезли через Архангельск в Швецию крупную партию русского хлеба. 25 числа русское правительство дало разрешение вновь произвести в текущем году беспошлинную закупку 50 тысяч четей ржи для Швеции, а также дало согласие на переговоры об установлении на ряд лет определенного объема торговли со Швецией (см. № 16, 17). Эти шаги русского правительства создали благоприятные предпосылки для налаживания сотрудничества со Швецией и в производственно-технической сфере. В условиях очень напряженной обстановки в Европе, учитывая рост захватнических устремлений Речи Посполитой, правительство России было вынуждено уделять оснащению своей армии особое внимание. Начинается прямо-таки планомерное наращивание военно-экономического потенциала России, закупается вооружение, главным образом в Голландии и Швеции. Однако эти закупки не могли в полной мере удовлетворить нужды русской армии; одновременно с закупками в начале 30-х годов XVII столетия строятся первые отечественные железоделательные и оружейные заводы. Их пуск подстегивается подготовкой крупной военной реформы — введением полков «нового строя», для которых требовалось современное огнестрельное оружие. Вот почему вопрос о приглашении шведских специалистов особенно остро встал как раз в 1630-х годах. Швеция в XVII в. считалась ведущим центром европейской металлургии. Поэтому вполне естественно, что на первых русских металлургических мануфактурах стал заимствоваться именно шведский опыт: на русские заводы приглашаются шведские мастера в области литейного производства и металлообработки.
Link2 comments|Leave a comment

navigation
[ viewing | most recent entries ]
[ go | earlier ]